Просто новостной портал Разное Сельвинский, илья львович

Сельвинский, илья львович



СЕЛЬВИНСКИЙ, ИЛЬЯ ЛЬВОВИЧ (18991968), русский поэт, прозаик, драматург. Родился 12 октября 1899 в Симферополе в семье меховщика. После Первой русской революции 1905, опасаясь еврейских погромов, мать увезла детей в Константинополь. Через год отец разорился, и пришлось вернуться в Крым. В 1915 Сельвинский окончил Евпаторийское начальное училище и поступил в гимназию, которую окончил в 1919. Во время учебы, зарабатывая на жизнь, Сельвинский был матросом на рыбацкой шхуне, натурщиком, газетным репортером, фабричным рабочим, актером бродячего мюзик-холла. Во время Октябрьской революции 1917 выполнял задания большевиков-подпольщиков, в годы Гражданской войны стал красногвардейцем, был ранен под Перекопом. По возвращении в Севастополь был арестован белогвардейской контрразведкой, выпущен из тюрьмы по ходатайству друзей.
Сельвинский начал писать стихи, еще будучи учеником начального училища (некоторые из них были опубликованы в 1915 в газете Евпаторийские новости). Стихи, написанные в годы учебы в гимназии, поэт впоследствии объединил в цикл Гимназическая муза. В ранних произведениях (Зунд, Гавань, Бриз и др.) чувствуется влияние Н.Гумилева, И.Северянина, А.Блока и И.Бунина.
По окончании гимназии Сельвинский поступил на медицинский факультет Таврического университета. Для заработка нанялся качать воду в евпаторийский отель Дюльбер. В отеле собирались артисты, литераторы, музыканты, художники, искусствоведы, принявшие одаренного юношу в свой круг. В автобиографической рукописи Черты моей жизни (1959) Сельвинский писал: Школой моей стал импрессионизм. Сущностью беспредельная преданность богу искусства. Жизнь бок о бок с людьми черного труда, взгляды этих людей, их симпатии и оценки воспитывали во мне стихийный демократизм и заставляли не раз задумываться над смыслом искусства, оторванного от народа.
После установления в Крыму советской власти Сельвинский работал в театральном отделе Наробраза и одновременно учился на юридическом факультете Таврического университета. В 1920 перевелся в МГУ на факультет общественных наук. Молодой поэт сразу же оказался в гуще литературных событий: читал свои стихи в студенческих аудиториях, его поэзия была замечена критиками. В 1926 вышел его первый поэтический сборник Рекорды. Сельвинский собрал небольшой кружок литературных единомышленников, на основе которого в 1924 была создана группа ЛЦК (Литературный центр конструктивистов). К 1929 в ЛЦК, кроме Сельвинского, входили Э.Багрицкий, В.Асмус, Е.Габрилович, В.Инбер, В.Луговской и др. литераторы.
В 1928 Сельвинский написал Кодекс конструктивиста, в котором были сформулированы основные эстетические принципы нового течения в поэзии: тактовый стих, локальный метод (прием, при котором главным является функциональное значение рифмуемых слов) и др. В Кодексе конструктивистов говорилось, что носителем конструктивистского (т.е. напористо организационного и культурнического) движения должен явиться прежде всего пролетариат, а затем промежуточные социальные группы, находящиеся под идейным влиянием пролетариата.
Творчество Сельвинского всегда отличалось интенсивностью. По окончании МГУ (1923) он некоторое время служил в Центросоюзе и часто ездил в командировки, побывал на Дальнем Востоке и Дальнем Севере. В эти годы у него возник замысел поэтической эпопеи Улялаевщина (19231924, опубл. 1927). Тема поэмы борьба с бандами в степях, разгул бунтарской стихии и ее подавление. Еще до публикации поэма ходила в списках. Критики отмечали неожиданные ритмы, использование фольклора и диалекта, сочетание юмора и лиризма, гротесковости и реализма. В то же время поэта обвиняли в романтизации бандитского вожака Улялаева и схематизации образа комиссара-коммуниста Гая. В 1956 Сельвинский опубликовал вторую редакцию Улялаевщины, сделав акцент на образе Гая и введя в текст образ Ленина, диктующего декрет о продналоге.
В 1927 написал стихотворную повесть Записки поэта. Главный герой, поэт Евгений Ней, наделен автобиографическими чертами. Повесть завершалась сборником его стихов Шелковая луна, в котором ясно чувствовались эстетические предпочтения Сельвинского-конструктивиста.
Сельвинского всегда привлекала драматургия. Его поэтическая трагедия Командарм-2 (1928) была поставлена Вс.Мейерхольдом. Впоследствии Сельвинский постоянно обращался к драматической форме, создав своего рода театр поэта. Значительное место занимают в нем поэтические трагедии на исторические темы Орла на плече носящий (1941), Ливонская война (1944) и мн. др.
Впечатления поэта от работы в Центросоюзе воплотились в романе в стихах Пушторг (19271928), главной темой которого стали отношения интеллигенции с советской властью. Роман был написан октинами, с использованием разнообразных интонационных ходов и метафор.
После роспуска ЛЦК в 19301932 Сельвинский работал сварщиком на Московском электрозаводе, уполномоченным Союзпушнины на Камчатке. В 1933 стал корреспондентом газеты Правда, посетил многие страны Западной Европы, написав о своих поездках стихи повествовательного содержания (Панна Польша, Разговор с дьяволом Парижа и др.). В эти годы написал также сатирико-фантастическую драму Пао-Пао (1932) об орангутане, который благодаря коммунистам становится человеком, и пьесу Умка Белый медведь (1933). Впечатления от челюскинской эпопеи отразились в поэме Челюскиниана (19371938), а впоследствии в романе Арктика (1960).
В годы Великой Отечественной войны Сельвинский был военным корреспондентом. Военной теме посвящены его проникнутые пафосом стихи 1940-х годов Родина, Кто мы?, Я это видел!, О ленинизме и мн. др. В стихотворении Фашизм (1941) определил фашизм как восстание рыжего зверя
После войны Сельвинский продолжал плодотворно работать в разных жанрах. Издал книгу теоретических статей Студия стиха (1962), пьесу о Ленине Человек выше своей судьбы (1962), автобиографический роман О, юность моя! (опубл. 1966). Вел творческий семинар в Литературном институте им.А.М.Горького и продолжал писать стихи. Стихотворение Старцу надо привыкать ко многому… написано за два дня до смерти.
Умер Сельвинский в Москве 2 марта 1968.
**
Черепаха на базаре Хакодате
На прилавке обессиленно лежит.
Рядом высятся распиленные латы,
Мошкара над окровавленной жужжит.

Миловидная хозяюшка степенно
Выбирает помясистее кусок:
“Отрубите мне, прошу, за пол-иены
Этот окорок или вот этот бок”.

И пока мясник над ухом у калеки
Смачно крякает, топориком рубя,
Черепаха только суживает веки,
Только втягивает голову в себя.

Отработавши конечности до паха,
Принимается торговец за живот,
Но глядит, не умирает черепаха…
Возмутительно живучая – живёт!

Здесь, читатель мой, кончается сюжет.
Никакого поучения тут нет.
Но, конечно же, я не был бы поэтом,
Если б мысль моя закончилась на этом.

**
Как музыкален женский шёпот,
Какое обаянье в нём!
Недаром сердце с детства копит
Всё тронутое шепотком.
Люблю, когда в библиотеке
Тихонько школьницы идут
И, чуть дыша: Евгеньонегин
Губёнки их произнесут.
Иль на концерте среди нот,
Средь пианиссимых событий
Чужая девушка прильнёт
И шепчет в ухо: Не сопите!
Но сладостней всего, когда
Себя ты жаром истомила,
Когда ты крикнуть хочешь: Да!
А выдохнешь: Не надо… Милый

1924

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *